Всероссийская кампания по борьбе с педофилией выливается в очередной скандал в педагогическом сообществе. Преподаватели вузов при устройстве на работу, в том числе и по совместительству, вынуждены в унизительной для них форме доказывать отсутствие судимости или уголовного преследования за преступления против половой неприкосновенности детей.

Заместитель председателя профсоюза работников народного образования и науки Вадим Дудин рассказал «МН», что учреждения высшего профессионального образования Самары, Ростова-на-Дону, Кемерова, Ижевска, Тулы и ряда других городов страны в конце лета получили строгие указания Минобрнауки РФ о порядке приема на работу новых сотрудников. Представителям высшей школы напомнили, что согласно вступившим в силу в начале года президентским поправкам в Трудовой кодекс (ТК РФ) судимость или уголовное преследование за преступления против половой неприкосновенности детей и умышленное причинение тяжкого вреда здоровью несовершеннолетних официально является основанием для признания педагога профнепригодным. И при заключении трудового договора все учреждения образования, а также спортшколы, детские лагеря и дома культуры обязаны требовать с педагогов справку из полиции об отсутствии судимости по ст. 131 и 132 Уголовного кодекса.

«Все в шоке. Вы представляете, что такое собрать все эти справки», — возмущалась в беседе с корреспондентом «МН» начальник отдела кадров Самарского государственного областного университета Наяновой (СГОУН) Мария Воробьева. По ее словам, на общение с педагогами в государственном управлении МВД России по Самарской области отпущено по два приемных часа три дня в неделю. Воробьева утверждает, что местная полиция просто не справляется с наплывом преподавателей. «Сейчас народ валом из всех вузов пошел туда», — описывала она нервную обстановку в самарском педагогическом сообществе.

Причем, как рассказала «МН» Мария Воробьева, не успели новые сотрудники профессорско-преподавательского состава и лаборанты СГОУН пройти «тест на профпригодность» в полиции, как в вуз уже нагрянула с проверкой прокуратура. «Они потребовали представить список сотрудников с приложением копий трудового договора, с приказом о приеме на работу, копиями паспорта и справки о наличии или отсутствии судимости», — рассказала начальник отдела кадров СГОУН.

«Это позиция Трудового кодекса, которую нам необходимо выполнять. Но она создает массу неудобств для преподавателей, которые вынуждены эту справку получать», — заявил «МН» Вадим Дудин. Для педагогов такая «аттестация», по его словам, сложна не только организационно, но и психологически. Ведь речь идет не только о молодых преподавателях, но и об опытных педагогах, которым такой документ может понадобиться при продвижении по карьерной лестнице либо, например, при работе по совместительству в другом образовательном учреждении. «Многих обижает такое отношение. Мы пытаемся сейчас решать этот вопрос централизованно, на уровне наших региональных отделений, чтобы профсоюзы договаривались с полицией о выдаче справок по спискам», — рассказал зампредседателя профсоюза работников народного образования и науки. Однако, по словам Дудина, полицейские пока отказываются «разглашать эти сведения списочным составом».

Ни в Министерстве образования и науки РФ, ни в профильном министерстве Самарской области не смогли оперативно объяснить «МН», почему в некоторых городах справки стали требовать массово. Чиновники сослались на необходимость поиска и изучения приведших к панике подзаконных актов и приказов.

Председатель комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Елена Мизулина считает, что давление на педагогов и администрации вузов — это традиционное для чиновников стремление «перестраховаться». Депутат убеждена, что «отсутствие единого четкого механизма предоставления такого рода сведений создает основания для произвола чиновников». «По большому счету информационный банк системы МВД предполагает официальные, а не личные запросы. По идее когда человек устраивается на работу, администрация должна сама запросить эту информацию», — отметила Мизулина в беседе с корреспондентом «МН». Правда, в таком случае все равно требуется разрешение педагога на такой запрос — согласно ТК РФ, «в случаях, непосредственно связанных с вопросами трудовых отношений, работодатель вправе получать и обрабатывать данные о частной жизни работника только с его письменного согласия».

Уполномоченный по правам ребенка Москвы, заслуженный учитель России Евгений Бунимович тоже считает получение справки об отсутствии судимости «унижающим человеческое достоинство мероприятием». «Школа, техникум, колледж сами должны запрашивать эти сведения в централизованном порядке, а педагог должен дать согласие на предоставление этих сведений. Такую справку дают даже при оформлении визы, я подписывал справку о том, что я согласен на исследование моих индивидуальных данных. Это нормальная практика», — заявил «МН» Бунимович.

Если такие перегибы в антипедофильской кампании не удастся устранить, чиновники продолжат наступление на права педагогов, считают эксперты. Например, со временем преподаватели могут столкнуться с необходимостью доказывать в том числе и то, что они не являются экстремистами. Президент Дмитрий Медведев уже призвал ввести запрет на работу с детьми для тех, кто был осужден за экстремизм. Соответствующие поправки в Трудовой кодекс и закон «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» глава государства внес в Госдуму на прошлой неделе.

В случае принятия поправок осужденные за экстремизм не смогут не только преподавать в школе, вузе или быть вожатым в детском лагере, но и основать собственное дело, если оно предполагает хоть какую-то коммуникацию с несовершеннолетними. С помощью такого запрета президент рассчитывает «исключить возможность проведения незаконной агитации и склонения детей и молодежи к совершению противоправных деяний экстремистской направленности», говорится в пояснительной записке к документу.

Правозащитников изумляет такое претворение в жизнь в общем-то благих идей. «В России, видимо, появились две новые главные проблемы — педофилы и экстремисты. По сути, государство создает касту «неприкасаемых», которая может пополняться одновременно с изменением настроений руководителей страны», — заявил «МН» лидер правозащитной ассоциации «Агора» Павел Чиков. Он убежден, что поправки Медведева неправомерны, поскольку предполагают поражение в правах «на всю жизнь». «А что делать с теми, у кого судимость погашена? Судимость — это юридическое состояние человека, которое длится тот промежуток времени, который установил суд. Погашение судимости означает, что человек искупил свою вину перед обществом — государство не вправе продлевать ему наказание искусственно», — отметил правозащитник. Неуместны поправки в том числе и потому, что и действующий российский УК дает возможность суду накладывать запрет на определенную деятельность, говорит Чиков. «Трудовой кодекс не может быть жестче Уголовного», — подчеркивает правозащитник.

Не стоит забывать и о частых перегибах со стороны правоохранителей, напоминает руководитель «Агоры». В России нередки случаи, когда по «экстремистским» статьям УК, в первую очередь по ст. 282, судят тех, кто, к примеру, оскорбил сотрудников полиции. «Я уверен, что появится много людей, которые за свои высказывания могут получить крайне неадекватное наказание», — выразил опасение Павел Чиков.

http://mn.ru/newspaper_country/20111017/305930493.html