Отныне запрещено иметь при себе на ЕГЭ мобильные телефоны. Насколько строг запрет? Что грозит нарушителям? Что нового ждет выпускников этого года? Об этом корреспондент "РГ" беседует с руководителем Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки Любовью Глебовой.

Российская газета: Так что, теперь мобильный телефон на ЕГЭ будет вне закона?

Любовь Глебова: Норма, которая ранее была закреплена в законе, звучала так: "невозможность использовать мобильный телефон". Теперь - "невозможность иметь при себе". Чувствуете разницу? Нарушение нормы - "нельзя использовать" - очень трудно доказать. Педагог подошел, а ученик уже на кнопочку нажал - и все, никакой информации. Чтобы не давать соблазна ребятам, приняли новое правило. Какое наказание? Для выпускника экзамен будет приостановлен. Ему, конечно, дадут право пересдачи. Но мы надеемся, что на этот риск школьники вряд ли пойдут. А для организаторов, допустивших нарушение, есть административные меры: если это физическое лицо, то штраф от 20 до 40 тысяч рублей, для юридических лиц - до 200 тысяч рублей.

РГ: А этот запрет не приведет к тому, что школьников будут обыскивать перед экзаменом?

Глебова: Ну зачем такие "страшилки? Не думаю, что на ЕГЭ появится такая пропускная или сыскная процедура. Но учителя могут себе позволить предложить в обязательном порядке сдать телефон, спросить, не забыл ли ты этого сделать. В некоторых школах, возможно, будут устанавливать рамку при входе на экзамен. Какое же это обыскивание?

РГ: В одном из интервью вы сказали, что возможно введение аналога ЕГЭ, то есть независимой внешней оценки для выпускников вузов. Как в образовательной среде воспринято это предложение?

Глебова: Пока идет его обсуждение. Понимаете, это кардинально изменит финальную аттестацию в вузах, поэтому такая форма проверки не может вноситься ни в этом году, ни в следующем. В тоже время у нас уже есть аналоги итоговой аттестации профессионального образования по единым инструментам. Многие годы медицинские вузы по решению минздравсоцразвития проводят государственную итоговую аттестацию по единым контрольным измерительным материалам. Мы в рамках Федеральной целевой программы развития образования, которая начинает действовать с 2011 года, будем анализировать существующую практику. Кстати, в Высшей школе экономики готовы, в принципе, вводить подобную систему по направлениям подготовки "менеджмент", "экономика" и "юриспруденция". Но пока говорить о таких изменениях несвоевременно.

РГ: Ваш прогноз: сохранятся ли вузы, имеющие право проводить дополнительные к ЕГЭ собственные экзамены? За три года, что действует данная норма, количество таких вузов сократилось с 24 до семи.

Глебова: Во-первых, у нас есть два вуза - МГУ и СПбГУ, которые, в соответствии с законом об их особом статусе, могут сами устанавливать дополнительные испытания. Но я точно знаю, что ни у МГУ, ни у СПбГУ не намерены вводить тотальные дополнительные испытания на всех факультетах. Такие экзамены должны устанавливаться там, где есть, кого отбирать. А у нас сейчас ситуация в вузах несколько другая - дефицит абитуриентов. Проблема не в том, как отбирать, а как бы закрыть бюджетные места. И в таких условиях вопрос о дополнительных испытаниях не является столь актуальным.

РГ: Как вы относитесь к разговорам о том, что в педвузах надо ввести предмет "подготовка к ЕГЭ"?

Глебова: Отрицательно. На отдельный предмет это не тянет. Это несколько часов обучения тому, как устроены контрольные измерительные материалы (КИМы), и где и что записывать. Любая другая информация, которая преподносится как "подготовка к ЕГЭ", таковой не является. Подготовка к ЕГЭ - это изучение программы по предмету. По сути все.

Вопрос в другом. Могут ли преподаватели на своих уроках использовать тестовый материал, чтобы детям потом было легче на ЕГЭ? Вот этому, пожалуй, можно и нужно учить. Но это не предмет подготовки к "единому". Это область профессионального знания учителя о том, какими инструментами оценки можно пользоваться. Все мы привыкли к контрольным, диктантам, сочинениям. Теперь добавляется еще один инструмент - тестовый. Этому надо учить.

РГ: А кто вообще разрабатывает КИМы? Что это за люди? Каждый год новые?

Глебова: Понятия "разработчик контрольных измерительных материалов" не существует в принципе. По сути, разработчиками являются все, кто по конкурсу присылает свои вопросы. Это может быть школа, или вуз, или просто какие-то люди, их огромное количество, и, конечно, они меняются каждый год. Мы на конкурсной основе закупаем материал, из которого потом специалисты делают КИМы. То есть "разработчики", это не те, кто придумывают вопросы, а те, кто присваивает этим вопросам определенный уровень сложности. Этим занимаются эксперты Федерального института педагогических измерений. Когда всем вопросам присвоена степень сложности, к делу подключается компьютер: "разбрасывает" вопросы по вариантам так, чтобы уровень сложности КИМов был бы одинаковым.

РГ: Спрашиваю потому, что очень часто, когда ругают вопросы в КИМах, возмущаются: "Да кто же их придумал-то?!".

Глебова: Ругают не вопросы в КИМах, а вопросы в разных брошюрах непонятного качества. Есть вопросы, которые сформулированы в контрольных измерительных материалах и используются во время экзаменов. И есть огромное количество разных книжек, пособий, за которые никто ответственности не несет, это свободный рынок. Кстати, ваш вопрос пересекается с обучением педагогов. Их надо учить, какими тестами пользоваться. Вводить тестовую культуру. Это дело времени. За книжку "Как готовить к ЕГЭ", которая находится на развале, никто не отвечает. И если там написано, что здесь собраны вопросы, которые будут на ЕГЭ в этом году - это вранье. Ответственно заявляю. Уважаемые родители, не надо увлекаться покупкой огромного количества книг и заставлять ребенка решать безумное количество тестов непонятного качества! Единственный способ подготовиться к ЕГЭ - изучать предмет по учебнику.

РГ: Будут ли какие-то изменения в КИМах в этом году?

Глебова: Каждый год у нас новые КИМы. Мы пытаемся задавать разные вопросы, по-разному их сочетать. Это для того, чтобы люди не пытались заучивать какие-то комбинации. Но мы только что "прошли" новые КИМы по математике. И они будут продолжать изменяться в этом направлении. Также мы пробуем сейчас минимизировать негативные эффекты в КИМах по гуманитарным предметам. Чтобы вопросы по истории или обществознанию содержали не столько проверку фактологических знаний, сколько давали бы ответы на вопросы о формировании исторического мышления у выпускника, о его представлениях об устройстве общества. Гуманитарные предметы и совершенствование материалов по ним - это сейчас наша главная задача.

Российская газета

http://www.rg.ru/printable/2011/01/25/glebova.html